Для корыстного духа коммерции не существует ни родины, ни чувств, ни принципов — одна нажива.

Булыжник — оружие пролетариата.

Жизнь как чужой язык: все говорят с акцентом.

А она — подошла к столу и выпила, залпом, ещё сто пятьдесят, ибо она была совершенна, а совершенству нет предела.

Доказательство истинности любого призвания – любовь к тяжелой работе, которой оно требует.