Молодость — большой недостаток для того, кто уже не молод.
Страх и печаль, надолго овладевшие человеком, располагают к болезням.
Счастливыми можно назвать только те дни нашей жизни, когда мы отказываемся от погони за счастьем.
У самых развращённых народов приличия соблюдаются всего лучше: они заменяют добродетели.
Ты не сможешь меня видеть или слышать меня. Но ты будешь в состоянии чувствовать меня.
Достоевский оставляет в сердце такие же неизгладимые следы, как страдание.