— Что-то мне показалось, будто у меня какое-то странное выражение лица и будто я небрит...
По-моему, это безнравственно — не позволять себе чувствовать то, что чувствуешь, и быть с кем хочешь.
Я ненавидел Зойдберга еще до того, как это стало модным.
Я несчастлив до корней всех волос.
Сюда приходили люди, которым было приятнее быть друг с другом, чем порознь, которые терпеть не могли всякого рода воскресений, потому что в воскресенье им было скучно.
В опаснейшем твоём искусстве, о поэт, Меж средним и плохим больших различий нет.