Искусство не терпит, когда стесняют его свободу. Точность не входит в его обязанности.
То, что вообще может быть сказано, должно быть сказано ясно; о том же, что сказать невозможно, следует молчать.
Всегда находятся такие пять минут, когда голова у человека совершенно пустая, и вот тогда-то люди чувства, вроде меня, и принимают самые неправильные или самые великие решения.
Жанр в искусстве, как вид в зоологии, — это ограниченный репертуар возможностей.
Странная судьба: одним она даёт то, что их страшит, а у других отнимает самое дорогое!
— Никто меня не поймет. — Почему? — Потому что я другая.