Во всякой привычке есть что-то дурное, рабское.
Каждое утро, просыпаясь, я буду видеть ее лицо. Слышать ее голос. И больше мне, наверное, ничего не нужно.
Одинокому везде пустыня.
Нет никаких «общественных денег», есть только деньги налогоплательщиков.
Нет худшего преступления, как прервать душевную беседу.
Из песни слова не выкинешь, но можно выкинуть песню.