Страшен час смерти, но, может быть, миг рождения бесконечно страшней.
В отроческую пору все писали стихи, настоящие поэты потом уничтожили стихи этого периода, а плохие их опубликовали.
Мы должны быть ничем, но мы хотим стать всем.
Всё, что не имеет конца, не имеет и смысла.
Всякий сочинитель хочет писать так, чтобы его поняли; но при этом нужно писать о том, что стоит понимания.
— Я бы поджег их дом, но сегодня нельзя зажигать спички.