Искусство, оно вообще жестоко: тянет к себе, а потом всех расставляет на свои места — без снисхождения.

Ночью он плакал, и тихо над ним
Жизни сгоревшей развеялся дым.
Ночью он плакал. И брезжил в ответ
Слабый, далекий, а все-таки свет.

На предложение руки и сердца благородная леди должна три раза отказаться, и только на четвёртый раз согласиться.

Глубокие реки очень тихо текут.

— Я хочу, чтобы из Вани вырос не солдафон, а человек, способный ценить прекрасное.
— Бегемота, например...