Пока мы еще не расстались с телом умершего, мы разыгрываем над ним комедию Тщеславия, обставляя ее богатой бутафорией и пышными церемониями. Мы укладываем его в обитый бархатом гроб, забиваем золочеными гвоздями и в довершение всего возлагаем на могилу камень с лживой надписью.

Совесть — это лампочка с сиреной, которые начинают выть внутри нас, если мы преступаем черту. В наши дни эту черту преступают все, кому не лень. А все почему? Хочется утащить как можно больше материальных благ в свою нору.

Жизнь есть смерть, и смерть есть жизнь; ласкать одну — раскрывать объятия другой.

Мудрецы всегда могут договориться, хотя думают все по-разному, а дураки никогда не могут договориться, хотя думают все одинаково.

Оптимизм — это трусость.