Человеку более по душе самый глубокий ужас, чем естественное объяснение представшего ему призрака; он не довольствуется здешним миром, ему надобно увидеть нечто из иного мира, не требующее телесной оболочки, чтобы стать видимым.

На все нетерпеливые требования Василия Ивановича отвечал он хладнокровно: "сейчас...", и сей час продолжался ровно полтора часа. Сейчас – великое слово на Руси.

— Это было так глупо!
— Нет, нет, не глупо. По-человечески.

Человек всегда больше того, что он о себе знает.

Вчерашний день – это вчерашний день. Если мы попытаемся удержать его, то только потеряем завтрашний.