Революционер не может считаться с тем, как другие воспринимают мир.
Надежда — это когда чувствуешь, что то, что ты чувствуешь, не может продолжаться вечно.
Тот же месяц, только чуть пошире, Чуть желтее и с другого края. Мы с тобою любим в этом мире Одинаково со всеми, дорогая.
Краткость нужна, чтобы речь стремилась легко и свободно, чтобы в словах не путалась мысль и ушей не терзала.
Даже мудрецы избавляются от страсти к славе после всего остального.
Романы я читаю с середины, чтобы было вдвое интереснее: как это кончится, и как это могло начаться.