Так бывает в лесах, они всегда кажутся знакомыми, давно забытыми, как лицо давно умершего родственника, как давний сон, как принесенный волнами обрывок позабытой песни, и больше всего — как золотые вечности прошедшего детства или прошлой жизни, всего живущего и умирающего, миллион лет назад вот так же щемило сердце, и облака, проплывая над головой, подтверждают это чувство своей одинокой знакомостью.

Как ты можешь установить даже самый очевидный факт, если он не запечатлен нигде, кроме как в твоей памяти?

Любовь — это не то, с кем ты можешь видеть себя. Это то, без кого ты не можешь видеть себя.

О самой вере нельзя сказать ничего дурного, но о проповедниках веры — увы, можно.

Самые непослушные из управляемых становятся самыми суровыми правителями.