У подданных деспота нет родины. Мысль о ней вытеснена корыстью, честолюбием, раболепством.
Кто говорит на языке денег, будет понят в любой стране.
Печально не помнить, как зовут других. Но забыть собственное имя — прекрасно.
Строя самое высоконравственное общество, мы допускаем самые безнравственные вещи.
Если мужчины совершенно не понимают женского сердца, то женщина не понимает мужской чести.
Любовь к цветам и вообще к природе выводит человека за пределы его мира.