У нее, похоже, врожденный талант — оставаться среди людей одинокой.

Я такой человек, который обожает и ненавидит себя одновременно.

Умру, — а ты останешься как раньше,
и не изменятся твои черты.
Над каждою твоею чёрной раной
лазоревые вырастут цветы.

Я ничто. И ничем не хочу быть. Но зато я вобрал в себя все грезы этого мира.

Надежда на наслаждение почти так же приятна, как и само наслаждение.