Сложнее всего с правдой в те времена, когда все может быть правдой.

Раз политическая экономия есть наибо­лее последовательная попытка покончить со смертью, то ясно, что одна лишь смерть может покончить с политической экономией

Истинная свобода есть возможность. Возможность спасения там, где наш разум говорит, что все возможности кончились.

Страшно подумать, сколько памятников и произведений искусства погубили революции.

Великие страсти и великие произведения рождаются великой неудовлетворенностью.