Рождественская истина состоит в том, что мы не одни.

Не знаю, есть Бог или нет, но хотел бы, чтобы он был. И если он есть — я бессмертен.

Чужие глупости дают самую любимую пищу языку.

Если бы я мог провести всю жизнь за чтением, мне ничего другого и не хотелось бы; я знал это уже в семь лет. Ткань окружающего мира ранит и отталкивает; и непохоже, чтобы ее можно было смягчить. Право же, я думаю, что мне больше подошла бы жизнь, проводимая за чтением. Но такая жизнь мне не досталась.

— Чему же ты поклоняешься?
— Прекрасному! А вы?
— Страданию, оно вечно здесь на земле, прекрасное же проходит!