Мы не умеем измерять время. Иной час — век, иной час — миг, а мы уравняли.

В сороковые годы, чтобы покорить девушку, нужно было быть солдатом; в пятидесятые годы – евреем; в шестидесятые – чернокожим. Теперь, чтобы покорить девушку, нужно быть девушкой.

Ушедшие в себя эгоисты обыкновенно очень долго живут.

Дайте мне предрассудок, и я переверну весь мир.

Знакома всем глухая робость,
когда у края вдруг шатает:
нас чувство тихо тянет в пропасть,
но разум за руку хватает.