Иногда я принимаюсь мечтать, как было бы замечательно, если бы ты позвонил мне просто так, как человек, которому захотелось пить и он взял стакан воды.

Делай, что должно, а там будь что будет.

Все, что мы называем героической доблестью и чем восхищаемся как величием и возвышенностью духа, есть не что иное, как спокойная и твердо обоснованная гордость и самоуважение.

Я радуюсь этому мрачному небу, ибо оно добрее ко мне, чем твои братья — люди.

Если моим демонам придется покинуть меня, боюсь, с ними улетят и мои ангелы.