Может, человеческое счастье в том и состоит, чтобы понять, для чего на свете живешь?

Внутренняя часть неизмеримо выше внешней, она и составляет нашу истинную сущность, а внешняя часть — только одежда для глаз и чувств.

Мудрый человек всегда боится, чтобы слова его не обещали больше того, что он может дать делами, и потому чаще молчит и говорит только тогда, когда это нужно не ему, а другим.

Нельзя преодолеть необходимость.

Позволить себе быть беспристрастным к людям можно только тогда, когда удары достаются другому.