Народ, не имеющий национального самосознания, есть навоз, на котором произрастают другие народы.

А что, у нас такой вид, будто нам не всё равно? Это случайно, и мы приносим свои извинения.

— Прощай, прощай — шепчу я на ходу,
среди знакомых улиц вновь иду,
подрагивают стекла надо мной,
растет вдали привычный гул дневной,
а в подворотнях гасятся огни.
— Прощай, любовь, когда-нибудь звони.

Люди тоже поступают, повинуясь прежде всего инстинкту, а уж потом доводам рассудка.

Путешествие должно быть серьёзным трудом, иначе оно, если только не пьянствовать целыми днями, становится одним из самых горьких и в то же время самых глупых занятий.