Женщина часто наряжает осла во всю пышность и блеск своего воображения, восхищаясь его тугоумием как мужественной простотой, преклоняясь перед его себялюбием как перед мужественной гордостью, усматривая в его глупости величественную важность.

Он чувствовал себя так, как будто вся его жизнь — сон, и иногда он задумывался: а чей это сон, и нравится ли этот сон этому человеку?

Счастлив тот, кто счастлив у себя дома.

Свободен тот, кто не имеет желаний. К чему же тогда быть свободным?

Сила добродетели в ее скромности.