Упорство в научном исследовании приводит к тому, что я люблю называть инстинктом истины.
Вначале любая оригинальная теория признается абсурдной, потом — верной, потом — самоочевидной и незначительной, и, наконец, столь важной и самобытной, что бывшие критики присваивают ее себе.
Его романтизм выражался в бегстве не от жизни, а в жизнь.
Мир соткан из «если».
Любовь — это восхитительный обман, на который человек соглашается по доброй воле.
Любовь исцеляет людей – и тех, кто дает ее, и тех, кто ее получает.