Я не девица, и если уж заточение, то — в мужском монастыре!
Она привыкла не просить, а повелевать.
Наверное, нет ничего ужаснее, чем жертвовать живым существом, которое об этом даже не догадывается.
Но если не жить надеждами, то чем тогда жить?
Истинно свободен тот, кто не раболепствует собственным страстям и чужим прихотям.
Сон — это сон, у него своя логика и свои законы.