«Мысль свободна», – говорили они, хотя вообще-то им не мешало бы знать, что в этом государстве свободы не было и у мысли.

В том-то и преимущество одиночества; наедине с собой можно делать что хочешь.

Можно не читать торопливых, недобросовестных книг, не посещать дурных спектаклей и выставки посредственных картин, но люди не могут ходить с закрытыми глазами по городам, застроенным плохими зданиями.

У нее было одно большое и редкое для пожилой женщины достоинство: она не забыла, как сама была молода.

Но жизнь и в тяготах легка,
а смерть и в праздности горька.