Если любовь слишком часто бывала «настоящей», она не была таковой никогда.

Это самое неприятное, когда становишься взрослым, и я начинаю это сознавать. Все, чего мы так желали, когда были детьми, не кажется нам и вполовину таким чудесным, когда мы, наконец, это получаем.

Честолюбие есть ни что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие — подчинять моей воле все, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?

- Подержите это, святой отец.
- Раввин!
- Неважно.

Если вы хотите разозлить человека, скажите, что будете молиться за него.