Раньше мы поднимали глаза к небу, чтобы молиться. А теперь — поднимаем, чтобы проклинать.
Старость – безысходный кошмар.
Есть разные мёртвые, одни из глубины пережитых тысячелетий и теперь властно определяют направление нашего современного лучшего.
Любовь всегда была очень опасна. Она сама по себе — смертельная болезнь.
— Да мне почти нечего вспомнить. — «Почти» может вмещать множество грехов.
— Как ты, Коля? Что у тебя болит? — Совесть.