Я констатировал факт. Факт при этом визжал и вырывался, но я его все-таки констатировал.
Больной выздоровеет, пьяный протрезвится, черноволосый – поседеет, но глупец останется глупцом.
И каждый думает, что он неповторим, между тем как все одинаковы...
Ты сейчас говоришь: одинок, а всё остальное время думаешь: свободен.
— Какой Иоанн Грозный?! Он же давно умер! — Кто умер?! — Я не про вас это говорил. Это другой, который умер...
Ничто, в сущности, не принадлежит нам, кроме прошлого.