Если бы геометрия так же противоречила нашим страстям и интересам, как нравственность, то мы бы так же спорили против нее и нарушали ее вопреки всем доказательствам.

— Ты сумасшедший, Орасио. Неизлечимо сумасшедший, потому что тебе самому это нравится.

Он любил перелистывать книги, которые читал прежде. Это было всё равно что встретить на углу улицы старого друга.

В прекрасном – правда, в правде – красота.
И это – мудрость высшая земная.

Некий бессмертный инстинкт, гнездящийся глубоко в человеческом духе, — это, попросту говоря, чувство прекрасного.