Страх прилипчивее чумы.

В восемнадцать лет мужчина обожает, в двадцать любит, в тридцать желает обладать, в сорок размышляет.

Разумеется, я верю в счастливую случайность, иначе как объяснить успехи людей, которых я не выношу?

Тот, кто светит отраженным светом, нередко думает, что светил бы ярче, если б источник света погас.

Я не знаю более сладкого и глубокого ощущения, чем-то, которое испытываешь, встречая свои собственные, никому не высказанные мысли в произведении человека далекой культуры, отделенного от нас веками.