Высочайшее нравственное значение искусства вовсе не в трогательных нравственных тенденциях, а в бескорыстной, неподкупной правдивости художника, в его бесстрашной искренности.

Подлинная нравственность непосредственно поэтична, а поэзия, в свою очередь, — опосредованно нравственна.

Как часто у судьбы я допросить хотел,
Какую пристань мне она готовит...
Зачем неравный бой достался мне в удел,
Зачем она моим надеждам прекословит?

Все бедствия не стоят того, чтобы, желая избежать их, стремиться к смерти.

— У меня беспорядок. Если бы я знал, что вы придете, попросил бы горничную разложить грязь покрасивее.