От неё не осталось ничего, кроме прекрасных больших глаз, на которые больно было смотреть, потому что, будь они меньше, в них, пожалуй, не могло бы уместиться столько печали.

Будь другом истины до мученичества, но не будь ее защитником до нетерпимости.

При тоталитарных режимах духовная жизнь людей возможна только при такой степени двоемыслия, что она практически неотличима от шизофренического или шпионского.

Терпеть не могу ученых. Ненавижу тех, кто коллекционирует, классифицирует и дает названия, а потом напрочь забывает о том, что собрал и чему дал имя. С искусством тоже так. Назовут художника импрессионистом или кубистом или еще как-то, уберут подальше в ящик и перестают замечать в нем живого человека, художника, личность.

Время — беда человечества, не изобретение человека, но его тюрьма.