— Эта просьба напоминает мне ваш кишечник. Она здорово попахивает опасностью.

Сколько ни пытайся продлить их век, рано или поздно всему наступает конец. Когда мчится поезд, пассажиры неподвижны. Когда поезд останавливается, пассажиры приходят в движение. Всё имеет конец — и движение, и неподвижность. Последняя из всех неподвижностей — смерть, но кто знает, нет ли и у неё своего конца?

Те, кто ведет военные действия, рабски повинуясь правилам, обречены на поражение.

— Хороший ты мужик, Андрей Егорыч... Но не орел!

Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.