Я всячески стараюсь оставаться на стороне закона. По крайней мере, на той стороне, с которой он слеп...

Поздний опыт зрелого ума возрасту другому не годится.

Утешал тот факт, что я и не стремился кем-либо стать. И, несомненно, в этом преуспевал.

Болезнь ревнивца столь злокачественна, что решительно всё превращается ею в пищу для себя.

Когда долго, не отрывая глаз, смотришь на глубокое небо, то почему-то мысли и душа сливаются в сознание одиночества. Начинаешь чувствовать себя непоправимо одиноким, и все то, что считал раньше близким и родным, становится бесконечно далеким и не имеющим цены.