Слова никогда не означают именно то, что мы хотим сказать.

Плоть продолжает доставлять нам удовольствие и унижать нас до самого конца.

В моей жизни радость — это обед без изжоги.

Расстались насовсем. Или не совсем насовсем.

Много писали о любви, вылившейся в ненависть, о том, как холодеет сердце, когда умирает любовь. Это удивительный процесс. Он гораздо страшнее всего, что я когда-либо читал, и страшнее всего, что я когда-нибудь смогу об этом сказать.