Братство нельзя истребить потому, что оно не организация в обычном смысле. Оно не скреплено ничем, кроме идеи, идея же неистребима.

Любовь сначала так же непрочна, как паутина, а затем приобретает крепость каната.

Жертва часто возвращается на место преступления, чтобы повздыхать о старом добром времени.

Модное-то ваше да нынешнее, я говорю ему, каждый день меняется, а русской-то наш обычай испокон веку живет! Старики-то не глупей нас были.

Человек рядом с тобой — существует. Думай о нём.