Ничто так не угрожает каким-нибудь большим несчастьем, как слишком продолжительное благополучие.
— Сто сорок семь... Сто сорок восемь... Сто сорок девять... сто сорок девять... сто сорок девять... — Тебя что, заело? — Видимо, да...
Жизнь — это приличная пьеса с плохо написанным третьим актом.
Что русскому хорошо, России — смерть.
Если бы острое слово оставляло следы, мы бы все ходили перепачканные.
Возьмите французов — из-за хорошего вкуса они совершенно разленились.