Лишь в изгнании осознаешь, в какой степени этот мир всегда был миром изгнанников и ссыльных.

Все мечты человека о бессмертии содержат в себе что-то от желания пережить других. Хочется не только быть всегда, хочется быть тогда, когда других больше не будет.

В тот момент, когда художник думает о деньгах, он теряет чувство прекрасного.

Люди становятся грубыми, полагая, что окружающих отпугивают их неудачи. Но отпугивает грубость.

Жизнь без историй ничего не стоит.