— Впрочем, мы все, конечно, умрём. — Да. Но никто в это не верит.
Способна ли мечта пробиться сквозь запах лука, скворчащего на сковородке вперемешку с картофелем, прорваться через груды не выкинутого мусора в прихожей...
Человек проходит, как тень.
Нигде не испытываешь такой потребности видеть соотечественников, как в чужой стране.
У победы детей нет, у нее есть лишь отец. А у поражения сотни детей.
Так уж устроена жизнь, что ничего в ней заранее не предскажешь.