Смерть не является поступком и даже событием для умирающего. Она будет и тем и другим для живущих.

Когда во мне кипит злость, то не остаётся места для страха.

Как счастлив тот поэт, чей стих, живой и гибкий,
Умеет воплотить и слезы, и улыбки.

Смотреть на улицу было обидно и любопытно. Она шелушилась. С её каменного тела с шипом и шуршанием лупилась и неслась по мостовой и тротуарам, подхлестываемая мокрыми порывами рвавшегося с моря сырого ветра, заразная сухая шелуха.

Когда я бываю ненавидим, а сам не ненавижу, тогда другой имеет меня врагом, а не я его.