В великой печали человек не нуждается ни в утешении, ни в свидетелях.

История — это роман, который был, роман — это история, которая могла бы быть.

— Я набью тебе задницу!

Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды, надежда всегда полна боязни.

Большая часть бед нашего глупого и упоительного мира проистекает из того, что мы то и дело извиняемся за то, за что извиняться ничуть не следует, а вот за то, за что следует, извиняться считаем не обязательным.