В двадцатом веке самое лучшее, что можно сказать о Библии, – что это «всемирный бестселлер». Но становится все труднее и труднее понять, считаем ли мы, что она стала бестселлером потому, что это великая книга, или наоборот.

Творческий тупик покажется смехотворной мелочью лишь тем вялым душам, кто никогда не пытался что-нибудь создать.

— Стреляете хорошо?
— Награждён красными революционными шароварами!

— Мы старые приятели!
— Давние. С детского сада. Оба хотели стать Кафкой, начинали вместе. Ты ближе подошёл к нему, чем я.
— Да, я стал насекомым.

Закати скандал, но не хнычь.