Да, я хирург. Мне часто приходится делать людям больно, чтобы потом им жилось хорошо.

Ревность мучительнее всякой болезни.

Не грозись: это дело не мужское.

Если о чем-то не говорить, то этого как бы и не существует; молчание стирает в памяти образы людей и воспоминания об их поступках. Рано или поздно они побледнеют, а затем вовсе сотрутся.

— Разрушение частной собственности, незаконное вторжение, сексуальные домогательства с бетонным членом в руке... Какого черта вы там делали?