Лишь в изгнании осознаешь, в какой степени этот мир всегда был миром изгнанников и ссыльных.

Смерть – часть этой жизни, а не следующей.

Все настоящие бедствия рождаются из боязни мнимых.

Иногда меня спрашивают:
— Как мне лучше себя вести?
Я отвечаю:
— На длинном поводке.
Оставлять как можно большее расстояние между собой-ведущим и собой-ведомым, чтобы у первого был шире круг обзора, а у второго — свобода действия.

Рождение есть смерть для одной формы бытия, а смерть есть рождение в другую форму бытия.