Всякая подлинная жизненная судьба для человека — клетка, потому что она предлагает лишь один вариант, потому что границы ее жестки и определённы, и чем жёстче её границы, тем острее даёт она почувствовать простирающуюся за ними беспредельность.

Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора.

Я совершил массу глупостей, впрочем, как всякий нормальный человек.

Книга должна создавать читателя.

Из двух крайностей худшая — ставить себя ниже, чем заслуживаешь, а не заноситься выше, чем следует.