Говорить о женщинах во множественном числе и настоящем времени — это вполне нормально для молодого человека; но когда женщина говорит о мужчинах во множественном числе и в прошедшем времени — это обесценивает её ещё больше, чем климакс.

Нет ничего более очаровательного и ничего более величественного, чем зрелище свежих, распускающихся душ.

Брак холостит душу.

Быть парижанином не означает родиться в Париже. Это означает — родиться там заново.

Так это у нас в семье. Мы способны улыбаться на похоронах. И даже смешить. И смеяться.