— Джон, я ухожу от тебя. — Но почему? — Прости, я люблю тебя, но себя я люблю еще больше.
Человек – это прежде всего сомнение в своем божественном праве делать зло.
— Не перебивайте, пожалуйста! Я и сам собьюсь.
— Ударьте ее еще раз. Она почти мертва! — Она достаточно мертва!
Когда-нибудь слово «родина» исчезнет. Люди оглянутся назад, на нас, увидят, как мы жались между границ, как убивали друг друга из-за черточки на карте, и скажут: вот дураки-то были.
Дорого искупается — быть бессмертным: за это умираешь не раз живьём.