Я не верю, что кроткие унаследуют землю: кротких не заметят и затопчут.

В его груди непрерывно вели борьбу чувства, данные ему природой, и чувства, привитые воспитанием, решить же, за которыми останется победа, предстояло его страстям, пока еще не вступившим в игру.

Он честен ровно настолько, чтобы не быть повешенным.

Временами вещи имеют над нами большую власть, чем мы над ними; возможно, в таких случаях они даже более живые или лишь притворяются мёртвыми.

Настоящее безразличие — это тяжкий труд.