Обычай принуждает нас ко многим глупостям; самая большая — это стать его рабом.
В искусстве, в художестве, в футболе — импровизация тогда эффективна, когда мастерство почти безошибочно.
В иных натурах, нежно и тонко чувствующих, бывает иногда какое-то упорство, какое-то целомудренное нежелание высказаться и выказать даже милому себе существу свою нежность не только при людях, но даже и наедине; наедине еще больше; только изредка прорывается в них ласка, и прорывается тем горячее, тем порывистее, чем дольше она была сдержана.
Никто не в силах избежать долины слез, но боль будет меньше, если мы перестанем считать себя главным героем собственной драмы.
Когда безумие садится на трон, какой подданный избегнет заразы?
О чем может говорить порядочный человек с наибольшим удовольствием? Ответ: о себе.