Только не люби никого кроме меня, пожалуйста, иначе я умру.
Так как писать умели главным образом мужчины, все несчастья на свете были приписаны женщинам.
А что, если наша земля — ад какой-то другой планеты?
Пускай мы врозь, Зато душою вместе.
Все тяжёлые времена, сколько их ни было в истории, не смогли уничтожить ни весенних цветов, ни любви женщины.
Обманутая женщина начинает мыслить в категориях вечности.