Бог не может изменить прошлое, но историки могут.
Может — да, может — нет, а может — не пошёл бы ты?!
— Мы все время от времени сходим с ума. Но это проходит. — Последствия остаются.
Самое сильное орудие беспорядка – это развращённая литература.
Вино и табак обезличивают. После сигары или рюмки водки вы уже не Петр Николаевич, а Петр Николаевич плюс еще кто-то; у вас расплывается ваше я.
Такой пустоте, как добро ради добра, вообще нет места в живой деятельности.