Рассказчику, который хочет понравиться, пристало избегать слишком долгих повествований.

Бьюсь об заклад, что, если б в Европе действительно была такая штука, как привидение, его давно уж выставили бы у нас в каком-нибудь музее или возили бы напоказ.

Каждое пробуждение — это возвращение к жизни.

Аскетизм умерщвлял умы, чудеса их затуманивали, но ни тот, ни другие не были в состоянии всерьез и надолго заглушить голос действительности.

Становление человека – это история истощения его возможностей.