Если в жизни нет удовольствия, то должен быть хоть какой-нибудь смысл.
История — это роман, в который верят, роман же — история, в которую не верят.
Человек дичает быстро и возвращается в животный мир легко и свободно, без затруднений.
Когда человек молод, он может любить и в разлуке — он может любить в письмах, в мыслях, в одном лишь пылком воображении, — быть может, он чувствует, что жизнь ещё впереди, а быть может, и потому, что в таком возрасте страсть в нем гораздо сильнее, нежели потребность сердца, а с годами любовь становится привычкой больного, согревающим компрессом для души, у которой осталось только одно крыло и которая уже не так высоко витает в идеальном мире.
Нет ничего более невыносимого, чем безделье.
И трус набирается храбрости, видя, что враг удирает.